Путь к мастерству из опыта боксера-международника Геннадия Толмачева
Сегодня продолжаем страничку из истории поединков мастера спорта СССР международного класса по боксу, а сегодня Заслуженного тренера СБЭ, Геннадия Толмачева, три части которой о его поединках с американцами, чемпионом мира Руфатом Рискиевым и бои с олимпийским чемпионом Вячеславом Лемешевым, были ранее опубликованы на нашем сайте. Также статья «САМОСТОЯТЕЛЬНЫЙ ТРЕНИНГ БОКСЕРА» раскрывает возможный путь индивидуальной работы по самосовершенствованию мастерства боксера.
Слева чемпиона Мира Руфат Рискиев, справа Геннадий Толмачев
Напомним, что фрагменты истории из опыта боксера-международника публикуются в качестве учебного пособия для молодых боксеров по просьбе не только боксеров, но и друзей из числа блогеров, кто занимается историей и популяризацией бокса
Олимпийский чемпион Вячеслав Лемешев (слева) и Геннадий Толмачев
В данной публикации Геннадий Александрович рассказывает о своих боях с ведущими боксерами республики, европы и мира.
«Свои первые поединки со взрослыми боксерами я начал довольно рано, практически через полтора года после первых тренировок в 17 лет под руководством своего тренера Анатолия Федоровича Козловского, с которым прошел вместе с ним большой боксерский путь от начала до конца
.
Первый взрослый турнир для меня прошел каким-то удивительным образом, не вызвавшим во мне никаких волнений и переживаний по поводу боев. Возможно, это связано с условиями моей жизни, как и многих подростков, родившихся в конце 40-х и, как и я, в начале 50-х годов.
Мы росли в жестких условиях борьбы за лидерство в спорте, во дворе, школе, а также противостояния подростков из групп разных районов.
Хотя с другой стороны, возможно, это связано с тем, что еще не получал серьезных ударов, да и вообще довольно легко проходил свои юношеские бои, не сталкиваясь, кроме боя с будущим олимпийским чемпионом Вячеславом Лемешевым, с сильными соперниками. Но о четырех боях с Лемешевым - это отдельный разговор и я уже писал о них.
Немного позднее, после своего третьего участия во взрослом турнире, мне уже приходилось самому противостоять предстартовым волнениям и переживаниям своими способами, рождавшимися в процессе появлявшегося «мандража» или «тремора», как в современном варианте молодежь характеризует волнение.
Почему самому? Да потому что в мое время нельзя было сказать кому-то, что волнуешься, так как это было равносильно – трусости.
Команда А.Ф.Козловского на первенстве Эстонии среди юношей (1969)
Дебют во взрослом турнире состоялся в феврале 1970 года, когда немного ранее в декабре 1969 года я встретил свои 17 лет, а ровно через 1,5 года со дня начала своих тренировок в боксе первые бои в элите. Взрослые соревнования проходили в Узбекистане, в городе Учкудук. Именно это обстоятельство удаленного места, другого часового пояса, другой культуры и менталитета, с которыми я впервые столкнулся, не только отвлекли меня от волнений и переживаний, но и вызвали огромный интерес ко всему окружающему и мое внимательное стремление жадного познания всего происходящего вокруг меня.
Уверен, что так и есть, поскольку для меня открылся совсем другой мир и я неосознанно полностью отключил мое сознание от предстоящих поединков. Наша команда была представлена взрослыми работниками завода «Балтиец», на котором я работал 8 месяцев сразу после окончания 10 класса до призыва в армию. Турнир назывался чемпионатом ЦС ФК и Спорта, за «вывеской» которого разыгрывался всесоюзный чемпионат работников министерства среднего машиностроения (как-то так называлось), представлявший регионы Дальнего Востока, центра России, и в основном закрытых предприятий страны. Это общество входило составной частью огромной спортивной организации всесоюзного общества профсоюзов, представлявшей все уголки СССР.
Руководил командной и был играющим тренером Юрий Шабас, кандидат в мастера спорта, который вместе с Владимиром Бойко (светлая память!), тоже кандидатом в мастера спорта, секундировали меня и друг друга. Жеребьевка оказалась для меня весьма удачной, в отличие от моих земляков, попавших на лидеров в своих весовых категориях. Мне удалось выиграть в дебюте своего взрослого турнира у кандидата в мастера спорта СССР, взрослого и крепкого мужика, который просто «буром попер» на меня с размашистыми ударами, видимо, сразу решив быстро закончить бой с «салагой», выражаясь слэнгом своего времени. Но вот тут как раз и кроется его ошибка, так как «не зная брода, не лезь в воду». Я встретил его своей «коронкой» левой сбоку на отходе («сайт-степом»), отправив его уже в первом раунде в нокдаун, довольно не легкий. А далее просто своевременно уходил от его тяжелых ударов и набирал очки, иногда такими же увесистыми ударами. Победа была без сомнений, чему искренно обрадовались мои старшие товарищи, порадовав меня предстоящей встречей с мастером спорта.
Точно помню, что принял эту новость спокойно, как само собой разумеющуюся вещь, как и бой с мастером прошел без каких-то проблем, вероятно, не возникавших из-за самоуверенности мастера спорта в своих физических преимуществах мужчины. Отсюда простота его действий, направленных на физическое давление и самое главное не понимание того, что я его переигрываю и не даю ему возможности развивать атаки за счет своих жестких опережающих ударов.
Мне кажется, он так и не понял, что проиграл, зато я отлично осознавал свою победу.
В отношении этих двух неожиданных для меня боев со взрослыми все прошло так, как будто я был на тренировках и ничто меня не волновало. Пожалуй, я точно определил свое спокойствие нахождением в совершенно ином мире Востока, отвлекшим все мое внимание от волнений и переживаний.
Поэтому не могу дать ни одного совета по поводу тактики или иных приемов по ведению боя или к его подготовке, кроме:
- Быть самим собой и не прокручивать в голове предстоящие бои;
- «Будет день, будет пища» — крылатая фраза, означающая, что не стоит чрезмерно беспокоиться о будущем. Это призыв к оптимизму и доверию, отказ от суетной тревожности, мыслей о своем бое и противнике;
- Вместо негатива волнений наслаждайтесь природой, сегодняшним днем, воспоминаниями о своих лучших моментах жизни, друзьях или просто о приятных событиях в вашей жизни.
Вот таков мой вывод в качестве рекомендации.
Пеэтер Ноппель слева в атаке
Летом этого же года Анатолий Федорович включил меня в состав сборной команды Нарвы для участия в чемпионате Эстонии (1970 г.) среди элиты. Как я понял позднее, это была моя проверка на прочность, которую я хоть и проиграл, но в конкурентном бою сильному боксеру из Тарту Пеэтеру Ноппель. Поединок оставил у меня и моего тренера позитивные впечатления, так как выдержал все три раунда, не получив каких-либо серьезных повреждений или травм. Единственное, что у меня болело после боя, это предплечья рук, которыми мне удавалось эффективно защищать туловище и голову подставками рук, по которым наносил сильные и быстрые серии 25 - летний Пеэтер Ноопель.
Каково же было мое удивление, когда, вернувшись, сразу после проигрыша домой, просматривая финальные поединки чемпионата республики по телевизору, я увидел финал Ноппеля и Аниса Муртазина. Меня распирало от любопытства, направленного на финальный поединок моей весовой категории до 75 кг, в которой мой соперник Пеэтер Ноппель, кандидат в мастера спорта СССР, встречался с почетным мастером спорта СССР Анисом Муртазиным, лидером этого веса в республике.
Перед боем комментатор объявил, что известный боксер, многократный чемпион Эстонии, Анис Муртазин проводит свой последний бой в карьере и нацелен на золото своего последнего чемпионата. Но поединок оказался для ветерана бокса очень тяжелым, дважды Анис Муртазин оказывался в нокдауне, но упорно шел вперед, пытаясь получить преимущество.
В конечном итоге победа была присуждена с раздельным решением со счетом 3:2 в пользу Муртазину, но для меня вдруг стало очевидно, что мой поединок с Пеэтером Ноппелем был значительно лучше, без пропуска ударов и надеждой на победу при ожидании объявления победителя нашего боя. Да и Козловский сказал после боя, что можно было дать победу мне. Решение финального боя моей весовой категории вызывало сомнение и не только у меня.
Это каким-то образом окрылило меня, и я благодарен Анатолию Федоровичу за риск моей проверки в этом чемпионате, так как на момент боя мне было 17 с половиной лет.
Пеэтер Ноппель, как оказалось, уже в прошлом году до нашего боя выполнил норму мастера спорта и в конце года ему был вручен значок мастера спорта СССР по боксу. Мы стали товарищами по сборной Эстонии, но он уже был в другой весовой категории до 81 кг.
В этом же году, осенью, Анатолий Федорович включил меня в состав команды Нарвы для участия в мастерском всесоюзном турнире по боксу памяти выдающегося тренера Эстонии Заслуженного тренера СССР Нигуля Маатсоо. Это был мой третий турнир среди взрослых в мои неполных 18 лет, но уже более высокого уровня, победителям которого присваивалось звание мастера спорта.
Сегодня допуск молодых боксеров разрешен к взрослым соревнованиям, начиная с 19 лет, а в мое время в 17 лет.
В этом серьезном турнире, проходившем осенью 1970 года, фортуна изменила мне, я попал по жеребьевке на мастера спорта СССР, призера чемпионата СССР среди взрослых, Евгения Шарапова из Тамбова. Правда об этом я тогда даже не знал, как, возможно, и мой тренер. Теперь уже немного удивляюсь, как мой тренер верил в меня, допустив еще совсем молодого парня, выступавшего в юниорах первый год, на бой с таким маститым и сильным боксером. Тогда даже в мыслях не допускал. В первом же раунде, быстро и легко маневрируя по рингу, примерно в течение полторы минуты Шарапов нанес мне удар в лоб, от которого я потерял равновесие и почти упал, но в грогги не был. Однако рефери сосчитал счет (спасибо ему). Буквально через 30 секунд история повторилась и рефери снял меня с боя, как и Анатолий Федорович уже стоял готовый с полотенцем в руках. Но никаких потрясений у меня не было, видимо Бог меня берег.
Это был мой первый бой с титульным взрослым боксером, преподавшим мне маленький урок бокса. На этом месте я прерву свой разговор о боях со взрослыми, чтобы поделиться опытном ошибок в молодежном боксе, в котором я находился с 1970 по 1972 год включительно, чтобы потом продолжить о поединках матча-реванша с Шараповым и другим финалистом СССР Панкратовым в 1972 году в своем молодежном возрасте на новой базе готовности.
Со своим тренером Анатолием Федоровичем Козловским
Начну с молодежного бокса 1971 года, когда мне удалось без всяких проблем выиграть первенство ЦС Труд-2 (того же министерства), состоявшегося в НАРВЕ, а затем в апреле выиграть первенство ВЦСПС (всесоюзное общество профсоюзов) в составе команды республиканского совета «Калев» в литовском городе Паневежисе. Если первый турнир я выиграл без проблем, все-таки «дома стены помогают», то в Паневежисе мне пришлось провести 4 боя и одержать уверенные победы, но с максимальной выкладкой всех сил. Единственное предложение из опыта своих боев могу назвать чувство уверенности стремления к победе в каждом бою, выкладываясь по полной программе.
Мои победы не остались не замеченными «динамовскими» функционерами Таллина, один из которых Эндель Пресс, представитель «Динамо», в прошлом знаменитый пловец и чемпион СССР по плаванию, в конце апреля приехал в Нарву для разговора со мной. Он сразу предложил мне отказаться от брони завода, начать службу в армии в динамовском подразделении и выступать за команду республиканского совета «Динамо». Его аргументы были убедительны, и мне ничего не оставалось, как идти в отдел кадров для увольнения с завода «Балтиец», где я к тому времени проработал 8 месяцев.
Конечно, главный аргумент Энделя Пресса был очень для меня заманчив, тем, что в период моей службы я буду жить в любимом городе, что было моим условием, тренироваться и выступать на соревнованиях за «Динамо», оставаясь со своим тренером. То есть полная свобода времени на два года для тренинга и соревнований. Правда, увольнение с завода по моей инициативе успеха не имели, так как начальник отдела кадров Парашютинский просто отказал. Пришлось моей маме идти в отдел кадров и решить этот вопрос.
Так начался мой изнурительный, но приносивший мне массу радости тренинг, в котором я испытывал разные варианты тренировок, иногда расписанных в художественной литературе, например, о профессиональных боксерах. Специальных книг о боксе в магазинах не было. Однако моя тяга к чтению приносила плоды ориентиров на героев литературных произведений, в числе которых любимыми были Эрих Мария Ремарк, Джек Лондон, Эрнест Хэминуэй, Томас Манн. Особенно интерес своими рассказами о мужественных людях и даже о боксерах писатель Джек Лондон: повести «Лютый зверь», «Игра», «Мексиканец» и «Кусок мяса».
Показательный поединок средневеса Геннадия Толмачева с мастером спорта, тяжеловесом, Виктором Чайкиным
Кстати, некоторые эпизоды тренинга боксеров в этих рассказах я также проверял на себе, пробуя как метод тренинга.
В мае 1971 года был призван в армию в пограничные войска, где прошел ровно 3 месяца подготовки и после присяги был отпущен домой. Здесь началась моя самостоятельная жизнь за счет родителей, которым пришлось, не сетуя на трудности, кормить меня и довольно не плохо, за что благодарен своим близким маме Лидии Андреевне и папе Александру Васильевичу до конца жизни. Правда, у меня почти через месяц сработал инстинкт совести, данный Богом каждому человеку, хотя не каждый хочет слышать этот голос.
Я пошел на железнодорожную станцию, где 2-3 раза в неделю работал по ночам грузчиком, помогая родителям в расходах их бюджета. Выбрал работу по ночам, чтобы не сбиваться с ритма тренинга днем и вечером.Почти сразу мне удалось выработать, а точнее развить свой алгоритм тренировок, который у меня всегда был несколько другой, чем у всех. Это означает, что я примерно через год тренинга работал самостоятельно в дополнение к тренировкам секции, получив одобрение моего начинания от Анатолия Федоровича.
В конце августа 1971 года меня вызвали на 10-дневные сборы в Таллин для подготовки в составе команды республиканского «Динамо» к первенству ЦС «Динамо», по окончанию которого в середине сентября наша команда вылетела в Ташкент (Узбекистан).
Там я одержал три победы, хотя в финальном бою это стоило сильного кровотечения из носа. Ровно в день финала у меня началось носовое кровотечение, которое открылось во время перемещения пешком на 40 – градусной жаре до дворца спорта. Я выходил на бой с ватой в носу и рефери разрешил боксировать. Кровь шла постоянно, но в то время особенного внимания судей к этому не было. Во всяком случае, у меня было именно так. Финальный поединок я завершил досрочно в 3-м раунде, выиграв у минского боксера, воспитанника знаменитого Владимира Когана, Скрипичникова (точно уже не помню).
Таким образом, волей случая в 1971 году мне удалось стать победителем двух разных всесоюзных обществ ВЦСПС и «Динамо». Точно такого же результата добился Евгений Ледовский из Кингисеппа, который тренировался у нарвского тренера Юрия Москалева в «Трудовых резервах» (Нарва). Женя был разносторонним человеком, играл в регби и был мастером спорта в этом виде, как и позднее, стал мастером спорта СССР по боксу. Также весной он выиграл ЦС «Трудовые резервы», а в Ташкенте в одно время со мной победил молодежное первенство «Вооруженные силы СССР». Мы с Женей ходили по одиночке в дворец спорта смотреть поединки друг друга. Евгений боксировал в полутяжелом весе и довольно без больших трудов победил на «Вооружёнке».
Светлая память талантливому спортсмену Евгению Ледовскому!
Надо сказать, что это был уникальный случай для нашего региона, как и для российского города Кингисепп, где бокса тогда не было. Женя ездил на автобусе из Кингисеппа в Нарву и тренировался то у Москалева, то у Козловского. Позднее полностью перешел к Анатолию Федоровичу.
В октябре 1971 года мы встретились в Алма-Ате на первенстве СССР, где Евгений Ледовский представлял команду Вооруженных Сил в моем весе до 75 кг, а я выступал за «Динамо». Как сейчас, помню нашу прогулку после взвешивания и жеребьевки с тренером Москалевым. Юрий Власович сделал анализ нашей жеребьевки, которую, если честно, я тогда даже не понимал, как это происходит, сосредоточившись только на сам тренировочный процесс и соревнования. Меня вообще не интересовал факт этого боксерского мероприятия и его результаты, показывавшие с кем, кто и когда боксирует.
В ходе прогулки Юрий Власович сообщил, что жеребьевка сложилась для нас удачно, мы встречаемся друг с другом в финале. Новость была приятная, поскольку мы с Женей, по сути, выиграли основные общества в стране, где была самая сильная конкуренция, а значит дорога в финал свободная для нас. Мы пожали руки и разошлись до финала,
Через два дня в свой первый бой молодежного первенства СССР вступил Евгений Ледовский. С первых минут я был потрясен неуклюжими действиями моего товарища. Его соперник внешне со слабо развитой мускулатурой, в сравнении с Женей и со мной, оказался намного острее и быстрее Жени, поражая ударами моего товарища, которые во втором раунде привели к остановке боя после третьего нокдауна.
Первое объяснение, которое пришло мне в голову, был тот факт, что Евгений боксировал на «Трудовых резервах» и на «Вооруженке» в полутяжелой весовой категории до 81 кг, а здесь выступал в моем весе до 75 кг, где несколько иные скоростные качества. Примерно такое же объяснение предположил и Евгений. Кроме того, он дополнил, что не сумел настроиться на бой в лучшем варианте, была вялость и потеря скорости. Тогда мне и в голову не приходило, что он просто сгорел от волнения, потеряв свою былую уверенность и силу.
Я уходил от него с одним пониманием, что мне надо быть вдвойне сильным и быть готовым к любому сопернику.
На следующий день я боксировал с боксером из г.Междуречинска Антоновым, имеющим первый разряд. Еще мне удалось до боя увидеть своего соперника, оказавшегося невысокого роста и очень удобным для меня и моей тактики ведения боя.
Наступила некая успокоенность и самоуверенность, подтверждавшаяся его 1-ым разрядом, в то время, когда я уже был как год кандидат в мастера спорта СССР и призер СССР-1969 среди школьников.
Это спокойствие дорогого стоила, что следует взять на заметку начинающим боксерам.
Мы вышли в ринг, каждый в своем углу, нас по очереди представили, затем рефери пригласил нас на середину ринга пожать руки и выслушать короткие рекомендации о правилах ведения боя. Мы разошлись, раздался гонг, оповещающий о начале боя. Я, как обычно было у нас в республике, пошел навстречу сопернику и протянул ему две руки, чтобы коснуться его перчаток и начать бой. Антонов сделал уклон влево и нанес двойной удар левой сбоку прямо в челюсть. Я упал на настил ринга и сразу поднялся, меня повело в сторону, я понимал, что нахожусь в состоянии грогги. Рефери сосчитал счет и остановил бой в виду явного преимущества.
Какое у меня было жуткое состояние коварства соперника и обиды на рефери, что он меня снимает с боя, в то время, когда могу боксировать. Но, к счастью, рефери завершил боя, а я пошел в гостиницу. Уже в раздевалке ко мне подошел главный тренер команды "Динамо" Владимир Евгеньевич Селезнев, в прошлом тяжеловес, призер СССР, который секундировал меня. Он обнял меня и дал мне все талоны на питание до конца чемпионата, сказав: «Тебе нечего расстраиваться, ты свое возьмешь обязательно!». Я пошел в душ, стал под холодную воду и в этот момент меня до боли пронзила острая мысль о моей ошибке. Какая-то неведомая сила вызвала громкий крик из души и град слёз, длившихся короткий момент. Та же сила резко все остановила и я успокоился, уже думая о будущем чемпионате и победе на нем, полностью осознавая свою ошибку, как мне раньше казалось, культуры поведения в ринге.
Этот момент самоощущения потери контроля и невозможности вести бои не то чтобы запомнился на всю жизнь, нет, он вообще не приходил мне в голову, кроме самого факта, как и когда подавать руки сопернику. Больше, как и многое плохое в моей жизни, я не вспоминал по факту, но всегда знал, что повторять ошибки не буду. И не повторял.
А моя рекомендация всем молодым боксерам:
- «Не тени рук, а то протянешь ноги!»
- Не расслабляйся, рассматривая соперника с удобной для себя позиции, не зная его манеры ведения боя и характера, а основываясь на своих предположениях.
Возвращаюсь к матчам со взрослыми боксерами.
Весной 1972 года я прошел очередное испытание перед первенством СССР среди молодежи, проявившееся, как снег на голову, и связанное с объявлением мне в конце сбора подготовки к первенству СССР о моем отстранении от участия в молодежном первенстве страны. Оказалось, что проведенный мною спарринг с динамовцем из Минска Скрипичниковым показал, что я не готов к участию в самом главном соревновании страны.
Мне, как я понял, в качестве утешения, в чем я вовсе не нуждался, предложили поехать на всесоюзный турнир в Бельцы или Черновцы, уже не помню, где я точно смогу выиграть и выполнить норму мастера спорта СССР. Вместо меня поедет мой партнер и товарищ Скрипичников.
На следующий день я собрал чемодан и поехал на вокзал, где оказалось много народа, встал в очередь за билетом домой. Но простоял не долго, так как за мной приехал тренер, который сообщил, что все в порядке и я тоже вместе с моим товарищем еду на соревнования.
Позднее я узнал, что состав не утвердил главный тренер ЦС «Динамо» Владимир Евгеньевич Селезнев, поставив меня первым номером сборной ЦС «Динамо». Вспоминаю с благодарностью Владимира Евгеньевича Селезнева за его справедливость, честность и профессионализм в боксе, с которым я находился в контакте только в Алма-Ате и не было каких-либо личных отношений, что особенно вызывает уважение в твердости характера и смелости идти протии течения тренерского состава.
Этот пример достоинства и справедливости Владимира Селезнева запомнился на всю жизнь.
На первенстве СССР мой товарищ проиграл в первом бою, а я уверенно выиграл 4 боя, в их числе два поединка досрочно и два по очкам 5:0.
Отсюда очевидно, что надо всегда идти до конца, не сдаваясь обстоятельствам, ибо они тоже могут измениться.
Пример этому мой боксер Андрей Кярстен, который стал обладателем чемпионского пояса по версии WBU среди профессионалов в 2003 году. За 10 дней до выезда в Лондон на титульный поединок, нам позвонил промоутер и сообщил без всяких объяснений, что Андрей не будет боксировать. Это было ударом по Андрею, который полностью изменил свою жизнь ради бокса, как шанс подняться на достойный уровень своего гражданского предназначения.
В его глазах была боль и катастрофа, которые мне удалось погасить довольно жестко, но эффективно и мы продолжили работу. Еще через несколько дней ситуация изменилась и Андрей выехал в Лондон и успешно забрал пояс чемпиона Европы по версии WBU.
Отсюда рекомендации всем: «Никогда не сдавайся — иди до конца» - здесь необходима настойчивость, вера в себя и упорство, даже когда успех кажется далеким или невозможным. Неудачи — это временные ступени к успеху, а истинная сила проявляется в способности подниматься после падений.
Ровно через два года, осенью 1972 г., уже в ранге чемпиона СССР среди молодежи и мастера спорта СССР, судьба вновь свела меня с Евгением Шараповым на этом же турнире в Таллине, но уже в финале и в моем новом качестве боксера. Это был очень интересный поединок, принесший мне удовольствие тем, что мне удавалось избегать ловушки опытного боксера, но главное - получалось навязывать свою тактику и выгодные мне моменты для набора очков. Когда объявили мою победу и подняли руку вверх, то мои ощущения по ходу боя в преимуществе просто подтвердились.
Слева Геннадий Толмачев, справа Евгений Шарапов
И хотя Евгений на пьедестале, очевидно, не был доволен объявленным результатом, я не сомневался, что выиграл. Ударов я не получал, хотя не могу сказать, что много нанес, но я вел тот бой, который давал ощущения правильного выбора действий с этим опытным, сложным и умным бойцом, каковым был тамбовский мастер Евгений Шарапов.
До второго поединка с Евгением Шараповым, продолжая оставаться представителем молодежной группы, летом мне удалось выиграть у другого, еще более титулованного боксера элиты, двукратного финалиста СССР 1970-1971 годов, ленинградца, мастера спорта СССР, Анатолия Панкратова.
Анатолий Панкратов слева, Геннадий Толмачев справа
Летом 1972 г. в Ленинграде состоялась традиционная встреча команд боксеров Ленинграда и Эстонии, куда был включен и я. Встреча с Панкратовым проходила в обоюдоострой борьбе, где Анатолий стремился диктовать мне условия боя, но мне удавалось уходить от угроз опытного боксера и провести конкурентный бой. Результатом стала моя победа, которую я ожидал, и в которой тоже была уверенность.
Безусловно, Анатолий Панкратов был сильным и опытным боксером, создававшим реальные угрозы доминирования в поединке. Тем более я видел его бои по телевизору, но странным образом меня ничуть не смущало, что я буду боксировать с таким известным боксером.
Но какой-то удивительный подъем духа присутствовал во мне в те моменты, как и не раз это бывало в сложных ситуациях, в которых незримо я ощущал этот дух, ведущий меня к победе.
Он же проявлял во мне мгновенное восприятие оценки угрозы и ситуативного выбора тактического решения, почти всегда оказывавшимся правильным.
Чтобы ещё я добавил, так это очень важный фактор моего бескорыстия на пути своего продвижения в боксе. Весь период моей подготовки с первого дня тренировок и до сентября 1972 года проходил без каких-то вспомогательных талонов на питание или финансовой поддержке на все это указанное мною время. Кроме сборов, на которые я выезжал за счет "Динамо" с оплатой проживания и питания, а также соревнований первенства Республики. Изнурительный тренинг до сентября месяца 1972 года, приносивший мне радость и чувство уверенности, что я иду правильной дорогой, были выше любых материальных выгод. И мне было абсолютно все равно, кто и сколько получал денег или талоны на питание за тренинг и результаты. Но уже в сентябре 1972 года мне позвонили из республиканского совета "Динамо" и объявили, что с этого месяца я начинаю получать деньги как член сборной молодежной команды СССР. Это было неожиданно, хотя меня и предупреждали после чемпионата СССР, что я включен в сборную и буду на ставке члена сборной команд. Это ничуть не усилило и не уменьшило мои труды, не изменило моего отношения к тренингу, а скорее мобилизовало мой внутренний мир на дисциплину. организованность своего тренинга и образа жизни, что позволило проводить свои тренинги и выступления на протяжении ещё семи лет, по сути оставаясь профессиональным спортсменом с оплатой своего труда в качестве инструктора по спорту. Это стало моей фундаментальной позицией не выстраивать будущий результат, исходя из денег, а действовать в соответствие со своими морально-нравственными установками.
Мои рекомендации:
Как мне представляется сейчас, доверие своим чувствам, точнее рефлексам, к принятию ситуативных тактических решений, исходя из складывающихся обстоятельств боев, не было спонтанным или же случайным, а было результатом большой самостоятельной работы в совершенствовании отдельных атакующих, встречных и защитных приемов, отработки элементов удара по частям и работы ног в деталях.
Именно большая домашняя работа срабатывала рефлекторно и без раздумий в самых сложных ситуациях.
Важным принципом тактики бокса является принцип подчинения ситуативных тактических решений интересам стратегии поединка, что не раз подтверждалось практикой боя. В моем случае так и было.
В этой связи, повторюсь еще раз свою мысль о том, что будет не лишним для боксера, стремящегося к мастерству придерживаться моей рабочей рекомендации:
Бокс – это не односложные действия в атаке, это не просто встречать или контратаковать соперника, это умения и навыки создавать ситуации и условия, в которых ты предугадываешь действия партнера и выходишь на другой уровень подсознательного выбора своих действий, ведущих к победе. Кто-то талантлив по своей природе, а кто-то нарабатывает высокое мастерство большим трудом, используя любые возможности стандартного наработанного тренинга и нестандартных методов и приемов тренировок.
В этих целях ничего не будет лишним в индивидуальном варианте тренинга.
И последняя моя рекомендация боксерам следующая:
«Читайте любую информацию о боксе, познавайте бокс изнутри, а не во внешней оболочке, никто кроме вас самих не сделает того, что сделаете вы сами, никто не найдет вам дорогу вашего пути к Олимпу, кроме вас самих. Слушайте своих тренеров, умейте понимать рекомендации, а не просто машинально их выполнять, работайте вместе с тренером над планом своего тренинга не на одну тренировку или неделю, а на год, в котором есть главные и второстепенные соревнования, и подготовка к которым должна определяться подведением пика формы к главному турниру.
Если сформулировать коротко, точно и честно: надо жить боксом, тогда все сбывается! "Чудеса там, где в них верят!" - Дени Дидро.
Я не буду говорить о перспективных планах на 4 года, которые должны быть у мастера, нацеленного на Олимпиаду.
Умейте понимать свой организм и его состояние после нагрузки и процесс восстановления, чтобы повышая нагрузки до предела, понимать этот предел, чувствовать восстановление и понимать, важность и необходимость не перейти черту чрезмерной нагрузки, которая может привести к понижению вашего результата тренинга. Это настоящее искусство. Сегодня это чувство называют в специальных принципах спортивной тренировки: ИНСТИНКТИВНОСТЬ (ПОДСОЗНАТЕЛЬНОСТЬ).
Этот процесс должен быть на первом месте в вашей жизни».
